22 Дек Сбежать от невестки в новый особняк и оставить потомкам архитектурное чудо
Итак, мы остановили свое повествование о семье Носовых в тот момент, когда единственный сын, красавец Вася объявил отцу о намерении жениться.
И, вроде, все очень даже неплохо: Евфимия Рябушинская — дочь известного московского предпринимателя, невеста богатая, красивая, образованная. А Вася-то – просто пылает от любви!
Но есть некоторые «но». И немаленькие!
Все дело в нерукопожатости как ее деда, так и ее отца.
В среде купцов-старобрядцев огромную роль играла порядочность, честность. А дед Евфимии, Степан Овсянников, петербургский «хлебный король» был известен как крайне бесчестный торговец.
Степан Овсянников происходил из костромских бурлаков, их в народе звали «томойками», потому что в их речи часто звучало: «братец-то мой», «сердечный-то мой» и тому подобное. Томойки считались среди Бурлаков самыми спокойными, неконфликтными. Но Степан Овсянников был исключением. Злобный драчун, он побеждал и нижегородских, и татар-бурлаков, и ягуток с Оки и Цны.
Степан с юности отличался грубым, задиристым, неуемным нравом. Будучи высоким и очень сильным, что называется «косая сажень в плечах», он быстро продвинулся в бурлацкой карьере. Да, там тоже была своя иерархия: сначала просто бурлак, потом «коренной», затем «шишка» – передовой в лямке, потом «дядька» – главный в артели. Его артель стала тянуть хлебные караваны судов, с таким караваном Степан оказался в Санкт-Петербурге.
Тут он занялся торговлей мукой – в то время бывшей очень выгодным бизнесом.
Теперь пролистнем четыре десятка лет – и вот Степан Тарасович Овсянников – купец I гильдии, обладатель состояния в 18 миллионов рублей, коммерции советник и кавалер.
Овсянниковский сквер с фонтанами – его дар городу, инвалидный дом им. Овсянникова – тоже. Благотворитель! Не подкопаешься.
Но богатство это и престиж получены нечестным путем.
Масштаб раздачи взяток СТО – такой аббревиатурой за глаза называли Овсянникова, потому что боялись даже имя его признести – масштаб взяток носил гигантский размах. Один только начальник местной полиции за год получил от СТО 12 тысяч рублей серебром. Да что там начальник! Всю местную полицейскую часть отстроил Овсянников! Власть его была огромна.
В семье и с подчиненными он был груб до лютости: мог ударить и даже избить до полусмерти. Четверых сыновей третировал нещадно.
Когда конкурент перешел ему дорогу, СТО приказал поджечь его мельницу, и та сгорела дотла.
И вот тут не сработали ни миллионы, ни связи: министр юстиции поручил расследовать дело о пожаре прокурору Петербургского окружного суда Анатолию Фёдоровичу Кони – о нем мы еще напишем статью, ждите.
Суд присяжных приговорил СТО к пожизненной ссылке в Сибирь.
Правда, по пути следования к месту ссылки Овсянникова сопровождал приказчик, подкупавший охранников и полицию. Поэтому в камере у СТО всегда была прекрасная мебель, свежее постельное белье и дорогая еда… Его переводили в другую камеру, но тогда ремонт был сделан во всей тюрьме, и Овсянников в новой камере снова барствовал.
Часть его огромного состояния была отдана кредиторам, остальная часть перешла к сыновьям. Но забитые и униженные сыновья не имели навыков управления бизнесом и деньги вскоре растаяли.
Дочери же воспитывались в пансионе, и отец их не трогал. Все они рано вышли замуж, не успев завершить своего образования.
Одна из них – Александра – стала женой Павла Рябушинского. Помните? Мы писали о нем: и обещали рассказать о следующих поколениях этой семьи.
Да-да та самая Александра, вышедшая за человека, старше себя чуть ли не на 40 лет, прожившая счастливо с ним всю жизнь и родившая 16 детей.
Почему же и Павел Рябушинский был нерукопожатым?
Все дело в рейдерском захвате Харьковского земельного банка. Огромная семья Рябушинских завладела банком нечестным путем. Но это ж были не наши 90-е, а XIX век!
Вы помните, с чего начался наш рассказ?
Правильно, с Василия Дмитриевича Носова, услышавшего от влюбленного сына фамилию его избранницы: Рябушинская.
Горе отца, настойчивость ослепленного любовью сына – все это оставим за кадром.
Свадьба состоялась. Семья получилась счастливая.
Но Василий Дмитриевич отказался жить со снохой в одном доме и построил себе рядом другой особняк, еще прекраснее старого.
Проект нового дома он заказал знаменитому Льву Кекушеву (об этом гении архитектуры с загадочной судьбой будет отдельная статья). Этот модный зодчий творил в самом изысканном и прекрасном стиле – стиле модерн. А это значит: асимметрия фасадов, окна разного размера и формы, растительные мотивы, плавные текучие линии и… «нервный завиток модерна».
Дом был построен всего за 8 месяцев: деревянный на каменном основании. У Кекушева получился земной рай: изящная, но не приторная красота фасадов, чередование углов и закруглений, просторная терраса, стильная резьба по дереву и не менее интересный интерьер.
Дом был оснащен по тогдашнему последнему слову техники: холодная и горячая вода, электрическое освещение, приточная и вытяжная вентиляции, водяное отопление.
Почему деревянный? Потому что так было быстрее строить, да и жить в деревянном доме комфортнее, здоровее, чем в каменном.
Вы ведь помните, что хозяин вёл здоровый образ жизни?
Из окон открывался вид на Яузу и Хапиловку, вокруг раскинулся чудесный сад, в нескольких десятках метров стоял прежний особняк, где теперь жила семья сына.
Единственный в Москве дом – представитель деревянного модерна цел и поныне. Вы можете прийти на Электрозаводскую ул., 12, стр. 1 и все посмотреть. Конечно, не всё сохранилось, как было при Носовых, да и окрестности сильно изменились: речку Хапиловку убрали под землю в трубу, вокруг появилась густая городская застройка.
Но творение Кекушева по-прежнему поражает своей красотой и оригинальностью. Там сейчас находится Государственная республиканская юношеская библиотека, вход свободный.
Можно, например, зайти в кабинет Василя Дмитриевича, увидеть его письменный стол.
В доме есть камины, они скорее декоративные, ведь отопление, как мы помним, водяное, но камины действующие. Украшены они абрамцевской плиткой (про Абрамцево мы впоследствии тоже расскажем), а при Носовых еще и обрамлены были медной чеканкой.
В обширной столовой бывало собиралась вся огромная семья, отмечались праздники и семейные события.
А со снохой Евфимией Василий Дмитриевич вскоре нашел общий язык и даже подружился.
На второй этаж ведет лестница, над которой находится живописный фриз. Кто автор рисунков на этом фризе? Скорее всего – сам хозяин: Василий Дмитриевич прекрасно рисовал.
Ступени спроектированы Львом Кекушевым под шаг – подниматься по ним очень удобно.
На этом этаже жила младшая дочь Носова, Августа. Молодежь там часто собиралась: разговаривали, пили чай, шутили, смеялись.
Рай – это же не только чарующая природа и красивые стены: это в первую очередь человеческие отношения.
Когда у детей появились свои дети, то их время от времени «подкидывали» в дом Василия Дмитриевича: старая экономка, вырастившая шестерых барышень, с такой же любовью и заботой относилась и к их детям.
Для каждого ребенка были припасены их любимые лакомства, хранившиеся в буфете в столовой. Эти буфеты и поныне там стоят.
Мы еще не расстаемся с семьей Носовых, и сага о них будет продолжена.
Комментариев нет