Все пишут об историях успеха, а я поделюсь радостью многодетного провала

Все пишут об историях успеха, а я поделюсь радостью многодетного провала

В моей дружной многонациональной семье пятеро детей. И как это часто бывает, один из них и стал «началом конца» — тем самым переломным моментом, за которым уже начинается психологическое выгорание, неврозы и бодрое погружение в ямку нищеты.

Немного обо мне: я — та самая женщина, которая сначала выдерживала запланированный интервал между деторождением, потом счастливо жила в разводе с тремя детьми, работала, играла на скрипке, поддерживала отношения с друзьями, держала курс на счастливую старость, но чёрт меня дёрнул снова выйти замуж.

Возможно, я бы и не пошла на подобное, но политическая ситуация в стране и внезапные перемены, вроде войны и обострения национализма, поставили в этой истории жирную точку.

Переезд и женитьба состоялись и началась новая веха мигрантской жизни.

Муж — москвич, и у него всё хорошо.

А я на этом празднике жизни — транзитный пассажир. Но несмотря на это мы решили родить общую дочь, тем более, супруг сорок лет прожил беззаботно и бездетно, а в программе ещё посаженное дерево не маячит и недостроенный дом.

Старший сын благополучно упорхнул из гнезда в самостоятельный полёт; я разбавила сынарню дочерью, а иммиграционный департамент не торопился распахивать объятья, требуя времени, денег, ещё времени и снова денег.

Но и это оказалось не самым худшим моментом для нашей молодой семьи раннепенсионного возраста. Неожиданно выяснилось, что я вновь беременна.

«То, что мы принимали за оргазм, оказалось астмой», а то, что мы с гинекологом списывали на побочный эффект грудного вскармливания и нестабильный цикл, уже было Ванькой. 

Отдельная благодарность компании Durex: счастья вам, ребята, здоровья и спасибо, что не только в сериале «Друзья» беременность наступает вместе с презервативом. Правда, в жизни это не так смешно.

И вот я на птичьих правах, в чужом государстве, имея на руках шестимесячную дочь, бегаю по Москве и пытаюсь сделать аборт, а мне то говорят, что уже поздно, то рассказывают привычное: «где четверо, там и пятеро». А когда дома при этом сидит ещё один школьник и дошкольник, то делать десяток независимых тестов и УЗИ для уточнения возраста плода крайне некомфортно.

Муж пискнул: «Сынка бы…» — на том и порешили.

И в этом месте заканчивается светлая часть моей биографии и начинается то, что начинается…

Пятая беременность подарила и девятимесячный токсикоз, и сон сидя, и внезапный уход половины волос. 

Параллельно продолжалось ГВ дочери. Пубертат у сына. Адаптация дошкольника. Но я успела пару раз съездить с гуманитарными миссиями на Донбасс и делегировать свои проекты другим людям.

От онкологии скоропостижно скончался отец супруга. А через несколько месяцев и его старший брат. Похороны мы пережили, но количество родственников, которые могли хотя бы временно перехватить детей и присмотреть за ними, стремилось к нулю.

Жизнь покатилась дальше.

Ванёк и родился в срок, и по шкале Апгар порадовал, а потом понял, что его предназначение в жизни — орать. И орал девять месяцев с небольшими перерывами на кратковременный сон и кормление.

Сейчас ему четыре и мы выясняем со специалистами: это РАС, СДВГ, или просто мы — плохие родители и не смогли воспитать спокойную усидчивую детку. И сможем ли мы отправить сынище в детский сад в сентябре.

Ах, да. Ещё у него болезнь Блаунта и «бутылочный кариес». 

Тогда, четыре года назад, на двоих моего молока, конечно, не хватило, и мы перешли на смеси. И оказалось, что мощностей молочной кухни не достаточно, чтобы отказ от ГВ не сказался на бюджете.

Материнский капитал и прочие плюшки таким семьям, как наша, не положены, поэтому государство быстренько самоустранилось от какой-либо помощи в родительстве.

Если иностранка-мать граждан России не умерла, не лишена родительских прав и не переехала в места не столь отдалённые за особо опасные преступления, то дети приобретают статус некой неполноценности. Они вроде имеют всё те же конституционные права, что и остальные дети-граждане России, но из социальной помощи могут получить только переезд в детский дом, который нынче называют центром семейного устройства.

Мы всё ещё не хотели тонуть окончательно, но тут мой организм решил взять тайм-аут: к нам пришли грыжи, протрузия и стеноз.

А когда ты постоянно лежишь и не можешь даже утку толком подсунуть, уход за детьми ясельного возраста весьма и весьма затрудняется… 

Пропущу шесть месяцев попыток встать и год поездок туда-сюда на Украину, связанных всё с той же бюрократией, сменой правил пересечения границы и обновлением паспортов.

В 2021-й год мы вошли с огромными долгами, заброшенным ремонтом и ворохом проблем. 

Трудности хоть и закаляют, но быстрее дети взрослеть не хотят. Поэтому отцу приходилось сидеть с детьми самому и подстраховывать меня, а далеко не каждый работодатель хочет видеть сотрудника на рабочем месте раз в три дня, а то и реже.

Самозанятость в виде поделок из шишек или эксклюзивного мыловарения в ванной — вещь прекрасная, но меня хватило только на разовый крупный заказ с изготовлением коробок для эко-товаров: когда дома такое количество несовершеннолетних помощников, работать с деревом, краской и лаком, помешивая борщ и развлекая младшего, не профессионально.

В сухом остатке: нет денег — нет гражданства, нет гражданства — нет работы, нет статусов, нет льгот, нет социальной помощи, нет денег. Тут у нас замкнутый круг.

Фонды, НКО и всякие объединения тоже не торопятся с поддержкой, как и аффилированные к РПЦ организации, хоть последние и хлопочут о запрете абортов и всячески восхваляют тему «плодитесь и размножайтесь». На третьем этапе, после размножения, РПЦ уже может предложить только пост, молитву, смирение и намёки на то, что сребролюбие — это грех.

И психологическая помощь, вроде предложения выйти, наконец, из зоны комфорта, отдать заботы на аутсорс няням, клинерам, службам доставки и «сохранить себя», вызывает сильнейшее желание стукнуть советчика тяжёлым тупым предметом.

Чем хотелось бы закончить мою историю. Дорогие женщины, если вы меняете место жительства, то пока не пустите корни, не совьёте гнездо, не встанете крепко на ноги, и не думайте рожать.

Хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах. И вряд ли в них есть диастаз, гормональный срыв, проблемы опорно-двигательного аппарата и долговая яма.

Оно вам надо?

Всем добра.

Старокожко Наталия

 

Комментариев нет

Оставить комментарий
Войти с помощью: 

4 × один =