Пока прораб спит, вертеп строится

Пока прораб спит, вертеп строится

Елку-витрину мы устанавливали и наряжали в субботу рано утром.
– Давай быстрее, детей заморозим!
– Держи крепче! А то аккурат поздравим хозяина вон того Мерса у подъезда!
– Ой! Не надо!
– Тогда держи молча!
– Здрасьть, Мариванна! Это не батюшки–светы, это мы! Нет, не надо спасателей, все под контролем!
– Тихо ты! Провод в форточку кидай и закрывай окно!
– Тсс! Кажется кто–то встал!
И только мы успели нырнуть под одеяло, как из зала послышались первые крики:
– Елка! Живая! Дед Мороз принес!
Дед Мороз потрогал мою ногу холодной пяткой и подмигнул.
Елка тоже радовалась, и разноцветными огоньками дразнила малышню: «Не достанешь! Не залезешь! Не уронишь!»
Самым маленьким старшие девочки приготовили «сенсорную елку», из зеленой юбки, поролоновой подушки и крышки от ведра. На зеленый мягкий конус были нашиты нитки–»мишура» и большие пуговицы.

И малыши с упоением все утро вешали и снимали «шарики» –крышечки от агуши на атласных ленточках.
После обеда посыпал снежок, на улице стало как–то не так слякотно, и мы решились на прогулку. Снег липкий, дети это поняли с порога.
– А! Это мой снег! Он мой снег берет!
– Ты первая мой бензонасос раздавила!
– Я слепила снеговика, а он сказал, что это не снеговик, а какая–то снежная баба! Сам ты баба!
– Отдай снег!
– Баба! Баба!
– А–а–а!
Я бегу домой и выношу два прямоугольных пластиковых ведра. Черчу на снегу палкой полукруг. Дети перестают привлекать взгляды прохожих и замирают, в недоумении глядя на меня.
– Это будет вертеп! – торжественно объявляю я.– Настя и Миша, лепите блоки из снега, вот вам ведра. Аня залепляет щели у Насти, Ваня у Миши. Стася и малыши подносят снег. А Кристина прораб, она спит в коляске.
Мы слепили пещеру, и ясли, и фигуру Богоматери из снега. А в ясли положили снежного младенчика, завернув его в старый платок. Хотели еще ягненочка слепить, но тут проснулся прораб и стал громко возмущаться. Пришлось бежать домой. Как раз пришло время делать звезду из картона и мишуры.
Потом мы пили чай и смотрели в окно, как люди подходят, смотрят и фотографируются у нашего вертепа. Кто–то воткнул рядом елку. Подошла бабулька, перекрестилась, и положила на снег печеньку и три карамельки. Подбежала собака и съела печеньку. Сквозь неплотно закрытую форточку было слышно, как пьяненький мужичок долго разговаривал с Богородицей о политике. Потом он попытался прилечь рядом с яслями, но не поместился и ушел в закат. Незаметно стемнело.
А через день из яслей пропал младенец. Мы сделали нового, спеленав его кухонным полотенцем. Но к вечеру пропал и он.
– Может, их разбирают бездетные пары на обереги? – предположила старшая дочь, когда, уложив малышей, я снова подошла к окну.
– Они же из снега!
– Ну, они этот снег наверное растапливают и пьют чай!
Я пожала плечами, поправляя стоящие на подоконнике одиннадцать правых ботинков. За окном сонно моргала гирляндой наша живая елка.

Это начало. А продолжение…
САМАЯ ЖИВАЯ ЕЛКА

 (школьное сочинение)

– Одевайтесь, мы едем на елку к зайцам!– сказал папа, входя в дом. Он был весь в снегу, даже усы и борода побелели. Мои братья и сестры оделись быстро. Всем не терпелось узнать, что это за елка такая. 
– Зайцы– это чья–то фамилия. Нас пригласили в гости,– предположил мой старший брат. 
Мы сели в машину, и папа поехал… в лес! 
– Заяц – фамилия егеря. Это новый папин знакомый!.– Не унимался самый старший из братьев. 
– А у него есть ружье? А он даст нам пострелять? А у него есть дети? У них дома, наверное, живет настоящая белка, или даже лисенок. Или косуля!– наперебой трещали дети. 
Папа на наши вопросы о том, куда и к кому мы едем, не отвечал, только глядел на дорогу. Вскоре дорога кончилась. Перед нами была небольшая посадка совсем молодых сосенок. 
– Приехали. Выходите! – скомандовал папа. 
Мы вышли из машины. 
– Ну и где тут живет твой егерь?– спросил самый старший брат. 
– Я не обещал вам ни егеря, ни ружья, ни косули. Я сказал, что мы едем на елку к зайцам. Да вот же она! – И он указал рукой на пушистую маленькую сосенку, увешанную мармеладками, печеньями и другими сладостями в ярких обертках. Малыши бросились к ней и сразу стали угощаться, набивая рты вкусняшками до отказа. Старшие потоптались, потоптались, но тоже подошли к щедрой красавице. 
– А где же заячьи следы? Если это заячья елка, здесь должны быть следы зайцев! – не успокаивался самый старший брат. 
– Ну, ты даешь!– сказала со смехом самая старшая сестра,– Здесь все так утоптали мелкие, что даже снег чистить не надо! 
Когда все вдоволь полакомились, мы набили карманы конфетами и орешками, а печенье без упаковок оставили висеть на елочке. Пусть полакомятся птички и лесные зверушки! 
Мы ехали домой, и в машине было тихо, потому что самые младшие уснули после морозной прогулки. А я подумала, что это была самая лучшая елка моего детства. Потому что ее никто не срубил, и она была живая!

Эмма Айзенберг

Комментариев нет

Оставить комментарий
Войти с помощью: 


Поделиться в социальных сетях